Мыслить глобально, действовать локально

Предшественница программы «Человек и биосфера» — Международная биологическая программа (МБП) в 60-70 годы была настоящим камнем преткновения в спорах ученых разных дисциплин и «классических» защитников природы.

В рамках исследований по МБП был накоплен колоссальный банк самых разных данных о биосфере и, как водится в среде выдающихся ученых, специалистов ЮНЕСКО Международного союза охраны природы (IUCN), идеологов и научных лидеров МБП кипели настоящие страсти в отношении того, какими подходами следует руководствоваться в использовании материалов МБП, дальнейшем изучении ресурсов биосферы и их последующем сохранении. Всех этих людей, несмотря на различие их взглядов, специализации, подходов, национальностей, объединяло стремление сохранить живую оболочку планеты.

В этих спорах, в конечном итоге, и родилась современная международная концепция сохранения природы, отраженная в программе «Человек и биосфера». В ней как части единого целого соединились две противоположные попытки подхода к сохранению живого на планете.

Каковы же были эти два подхода?

Как часто это бывает, конкурировали «технократы» и «натуралисты».

Первые — часть научных лидеров программы МБП — видели в окружающей среде объект не только системных экологических исследований, но и глобального управления, единого с управлением деятельностью человеческого общества. Они считали, что фундаментальные исследования — системная экология в сочетании с компьютерными технологиями и мониторингом сделают такое управление возможным и осуществимым силами экспертного сообщества.

Вторые — считали, что только на локальном уровне, применительно к каждому конкретному биому, к каждому региону можно сделать оценку угрозы биоценозов и отдельных биологических видов. Природа для них выступала, в первую очередь, предметом локальных описательных исследований с выработкой конкретных мер сохранения для тех или иных объектов.

Среди «технократов» и среди «натуралистов» были выдающиеся ученые своего времени.

Когда Международная биологическая программа подошла к концу в 1974 году, экологическая философия обеих этих групп сыграла роль научной основы, лежащей в фундаменте построения программы МАБ и всемирной сети биосферных заповедников.

Эдвард Макс Никольсон и системная «экология сверху»

Несомненным лидером и вдохновителем «технократов», составлявших секцию МБП-КТ (то есть, к названию «Международная биологическая программа была добавлена аббревиатура КТ — компьютерные технологии) был замечательный английский ученый Эдвард Макс Никольсон — британский орнитолог, природоохраник, гуманист, один из основателей Всемирного фонда дикой природы.

Большинство друзей и коллег называли Никольсона просто «Макс». Многих современников поражала широта и многосторонность его интересов и вспоминали, что в нем сочеталась впечатлительность, неутомимость, научная эрудиция и интуиция вместе с редкими для биологов административными навыками решительного управленца.
Макс Никольсон с детства был страстно увлечен орнитологией, но в Оксфорде изучал… историю. При этом, будучи еще совсем молодым исследователем, он опубликовал серию блестящих работ по изучению птиц. Еще в Оксфорде, в 30-40 годы ХХ века Никольсон познакомился с великими учеными своего времени — Джулианом Хаксли (один из создателей Синтетической теории эволюции), Артуром Тенсли (автор термина «экосистема») и Чарльзом Элтоном (один из основателей популяционной экологии). Все они оказали на научные взгляды Никольсона большое влияние.

Разразилась Вторая Мировая война. Никольсон, поступивший в 1940 году на государственную службу, в военные годы отвечал за организацию операций по отправке знаменитых Северных, или Арктических конвоев, более известных в Великобритании как «Русские конвои», спасших жизни многих тысяч советских людей, а также участвовал в планировании операции «Оверлорд» — высадке союзников в Нормандии.

После войны Никольсон оказался близок к кругам высокопоставленных политиков от партии лейбористов, что позволило ему сделать необычайно много для развития орнитологии и охраны природы как в Великобритании, так и во всём мире. В 1949 году Макс Никольсон участвовал в подготовке третьей части британского «Закона о национальных парках и доступе в сельскую местность». Под его руководством, совмещающим науку и практическую охрану природы, оказалось возможным взять под законодательную защиту национальные заповедники и территории «особого научного интереса» — Sites of Special Scientific Interest (SSSI). Он одним из первых начал изучать антропогенное загрязнение: при его непосредственном участии была создана экспериментальная станция Monks Wood недалеко от Лондона – первая исследовательская лаборатория, которая исследовала влияние токсичных химических веществ на дикую природу.

Эдвард Макс Никольсон был одним из основоположников и вдохновителей целого ряда самых знаменитых и авторитетных общественных экологических организаций. В 1947-1948 годах вместе с тогдашним генеральным директором только что созданной ЮНЕСКО сэром Джулианом Хаксли Макс Никольсон был вовлечён в создание МСОП (IUCN). Именно Макс Никольсон увлёк в движение по охране природы сэра Питера Скотта, Джеймса Фишера и молодого, тогда ещё никому не известного сэра Дэвида Аттенборо. В 1961 году Макс Никольсон, Виктор Столан, сэр Питер Скотт и Гай Маунтфорт образовали организационную группу, которая в свою очередь создала Всемирный фонд охраны животных (WWF).
В современных природоохранных теориях можно найти очень многое из взглядов Эдварда Макса Никольсона. Он представлял общество и природу как части взаимозависимой, но управляемой системы. Никольсон был несомненным поклонником нетронутой дикой природы, однако не раз подчеркивал, что в большинстве регионов существенная доля экосистем почти полностью изменена человеком и изучать экологические связи на полях пшеницы или банановых плантациях не менее важно, чем в первозданных сообществах. Мало просто изолировать и сохранять островки дикой природы – важно вести там научные исследования и учитывать их существование в управлении регионами. Никольсон считал важнейшим делом создание «всемирной сети исследовательских резерватов», предназначенных для исследований экосистем. Огромный массив данных о биосфере, полученный в результате работы по Международной биологической программе, он считал бесценной базой для создания новых моделей в рамках системной экологии. Никольсон писал, что на этой основе можно разработать действительно глобальные, согласованные и ориентированные на будущее принципы, применимые для сохранения и управления экосистемами. В частности, его интересовали энергетические циклы биологических систем, биопродуктивность и потоки энергии в экосистемах. В 1950-е годы развитие кибернетики и компьютерных технологий стало «ключом» к новым методам, предложенным Никольсоном для сохранения биосферы, которые выходили далеко за рамки сохранения конкретных видов или мест обитания – то есть, его интересовала возможность ни много — ни мало — создать глобальную модель функционирования биосферы, что стало бы следующим шагом к его мечте о научном планировании, связывающем воедино управление природными ресурсами, землепользование, технологии и в конечном счете — жизнь человеческого общества. По словам Николсона, экологическое управление человеческой деятельностью «сверху» необходимо для того, чтобы избежать нежелательных или даже катастрофических последствий использования человеком природы, таких как чрезмерная эксплуатация или промышленное загрязнение.

Рэймонд Дасманн и практическая «экология снизу».

В то время, как Эдвард Макс Никольсон разрабатывал свои амбициозные планы глобального экологического управления, в среде защитников природы МСОП царили совершенно другие идеи.

Группа специалистов, среди которых были генеральный директор МСОП Джерардо Будовски и старший эколог МСОП Рэймонд Дасманн, смотрели на попытки Никольсона превратить МБП / КТ в научную основу для глобального управления экосистемами с изрядным скептицизмом. Гораздо больший смысл они видели в непосредственном определении наиболее угрожаемых экосистем и видов и создании системы их практического сохранения.

Рэймонд Дасманн — замечательный американский зоолог и природоохранник родился в Сан-Франциско и дикой природой был покорен с ранних лет. Вторая Мировая война прервала его студенческие годы. После окончания войны он вернулся на родину, продолжил курс зоологии в Калифорнийском университете в Беркли, где прошел путь от бакалавра до доктора наук. Он принимал участие в непосредственном создании многих заповедников мира, в частности — биосферного заповедника Золотые Ворота в Калифорнии. В 1960-х годах он начал работу в сначала в ЮНЕСКО, затем в МСОП и его по праву считают одним из создателей программы МАБ.

Огромная работа по классификации и составлению карт растительности мира с выделением в отдельную категорию наиболее угрожаемых сообществ, проведенная ЮНЕСКО в 1960-70х годах, по своей сути, не была фундаментальным экологическим исследованием, да такая цель и не ставилась. Но эта работа дала бесценную информацию, на которой могла строиться целая система практических действий.

Рэймонд Дасманн и был тем практиком, зоологом, натуралистом. Его личный опыт говорил о том, что нельзя создать универсального подхода для сохранения всех экосистем мира. Только на конкретном локальном уровне, на основе полевых исследований можно определить объем и направления усилий по сохранению тех или иных угрожаемых сообществ и видов. Более того, Дасманн не верил ни в какие идеалы экспертного технократического управления «сверху» и считал их неосуществимыми и даже просто вредными для конкретных регионов, местных сообществ или национальных государств, где существуют собственные ценности, представляющие собой части общего мирового наследия. Никакой компьютер с этим не справится. «Ни один законодательный акт или государственная реорганизация не гарантируют, что сохранение окружающей среды станет реальностью. Экологическая борьба будет происходить на городском, окружном, государственном, национальном и международном уровнях. Ни в вопросах сохранения, ни в вопросах развития никакие эксперты не смогут «навязывать что-то извне», — писал он в своих публикациях. Именно Рэй Дасманн был одним из первых, кто в 70-х годах декларировал связь сохранения природы с местными традициями и культурами. Все позитивные перемены, по его мнению, не могли навязываться сверху. Измерения не должны «фильтроваться сверху», а должны были созревать «снизу» в среде национальных культур. Таким образом, взгляды Дасманна в отношении сохранения природы были совершенно несовместимы с теорией централизованного «технократического» планирования Макса Никольсона.

Но прошло время. Международная биологическая программа дала повод не только для споров, но и для компромисса. Как показал опыт, очень разные и даже во многом противоположные друг другу идеи, впоследствии оказались частями одного целого. Программа МАБ возникла, подпитываемая энтузиазмом, знаниями и накопленным опытом работы ученых, разделенных научными взглядами, но объединенных одной задачей – сохранением живого на Земле. И это было самым главным. С 1975 года программа «Человек и биосфера» объединяет системные экологические исследования для управления землепользованием с целенаправленной борьбой за каждый ненарушенный островок, с проблемами местных сообществ за гармоничное сосуществование с природой в сочетании с сохранением культурного наследия. МАБ создал глобальную сеть биосферных заповедников, где сохранение первозданной природы сочетается теперь с идеями Никольсона о фундаментальных научных исследованиях и мониторинге и идеями Дасманна о сохранении местного наследия и экологического образования.

В «Римском клубе» в 1968 году был провозглашен знаменитый лозунг «Мыслить глобально, действовать локально» – как формулировка идеи о том, что локальные действия, предпринимаемые в соответствии с системными представлениями об окружающей среде как целостности, позволят избежать экологической катастрофы. Глобальное мышление при этом должно было не только служить источником действий, но и помогать выбору применяемых средств, способов достижения целей. Лучшего отражения многолетнего спора ученых о сохранении живой оболочки планеты представить себе трудно. И не случайно именно этот лозунг в 70-х годах стал девизом молодежных студенческих природоохранных движений.

Но это уже совсем другая история.

Е.Головина

Материалы:
Simone Schleper, Department of History Maastricht University Maastricht The Netherlands.
Conservation Compromises: The MAB and the Legacy of the International Biological Program, 1964–1974. Journal of the History of Biology (2017) 50:133–167
Е.Э.Шергалин. Эдвард Макс Никольсон (1904-2003) – орнитолог, природоохранник, гуманист и организатор Северных (Русских) конвоев. Русский орнитологический журнал 2014, Том 23, Экспресс-выпуск 999: 1453-1459