Зубры, приключения и любовь

Мы продолжаем серию публикаций, посвященных 75-летию Приокско-Террасного заповедника беседой с кандидатом биологических наук, Ольгой Борисовной Переладовой.

Приокско-Террасный заповедник и его Центральный зубровый питомник связывают давние рабочие и дружеские отношения с WWF России. В конце 90-х годов — время, исключительно трудное для всей заповедной системы нашей страны, WWF пришел на помощь питомникам ПТЗ и Окского заповедника, помог закупать корма для животных, постепенно ремонтировать вольеры. И конечно — особое место занимает помощь Фонда в племенной работе по зубру. Именно в конце 90-х — начале 2000 годов заработала совместная программа WWF и зубровых питомников по созданию вольных популяций вида на территории России и обновлению генетического фонда зубров в питомниках. О том, как все это начиналось, о том, как создавался бесценный опыт, о том, какие удивительные истории сопровождали эту работу и о том, какие задачи перед питомниками ставятся на сегодняшний день — в интервью с к.б.н., ст.н.с  Ольгой Борисовной Переладовой, научным консультантом Центрально-Азиатской программы и проектов по крупным млекопитающим WWF России, членом групп по оленям и лошадиным МСОП — SSC IUCN, научным консультантом  Европейской сети по крупным травоядным  (LHNet).

Ольга, история совместной работы WWF России и ООПТ, где происходит работа по сохранению и реинтродукции зубра, насчитывает уже более 20 лет. С чего начиналась программа сотрудничества?

Мы все хорошо помним 90-е годы. К концу того десятилетия сложилась очень непростая ситуация со всеми заповедниками, и очень тяжелая — со всеми питомниками. Они фактически были без средств — денег не хватало даже на кормежку животных, не говоря уж о каком-то развитии. Мы все — профессиональные зоологи, работавшие тогда в WWF России, думали в первую очередь именно о том, как сохранить уже имеющееся поголовье в питомниках ПТЗ и Окского заповедника. Как вариант решения, надо было оставить в питомниках столько животных, сколько можно было прокормить на выделявшиеся деньги. А часть поголовья выпустить в природу  — что, собственно, и было целью существования питомников. Надо отметить, что после распада Союза Россия осталась без вольных популяций, созданием которых питомники занимались несколько предшествующих десятилетий — все они оказались на территориях Украины и Белоруси. А пригодные территории для обитания зубров у нас, безусловно, были — и уже были научно-обоснованные рекомендации — где это оптимально делать. И как раз в то время, как говорится, нам всем помогли обстоятельства. Егор Семенович Строев — тогда губернатор Орловской области, проявил большую заинтересованность в формировании вольного стада зубров у себя в регионе. Уже тогда, с 1994 года по инициативе Е. С. Строева, был создан национальный парк «Орловское Полесье». Выпустив туда группу зубров, можно было рассчитывать на уход и надежную охрану. Помощь Егора Семеновича в этом была просто неоценима. В национальном парке были готовы принимать животных и обеспечить им все необходимые условия. И программа сотрудничества началась с того, что часть животных из питомника ПТЗ была вывезена с нашей помощью на территорию национального парка «Орловское Полесье».

Получается, что тему создания вольной популяции подсказала, по сути, сама жизнь?

Да. Не от хорошей жизни начинали, это точно. А дальше WWF России совместно с заповедниками стал строить программу дальнейшей поддержки питомников и создания вольной популяции. Стратегия была в том, чтобы, во-первых, поддержать сами питомники ПТЗ и Окского заповедника, остро нуждавшиеся в этой поддержке. А во-вторых, надо было создать генетическую устойчивость и разнообразие у зубров в первую очередь, в питомниках, а потом уже и на воле. На тот момент уже очень много лет в питомниках не обновлялась кровь, снизилась эффективность размножения зубров. Инбридинг проявлялся уже довольно сильно. Поэтому нужно было завозить животных недостающих в питомниках генетических линий — источник «свежей крови».

И с кем в первую очередь планировалось работать для решения этой проблемы?

Принято было решение связаться с зоопарками Европы для решения этой задачи. Связывались мы с ними и напрямую, и через Европейскую инициативу по крупным травоядным — с голландцами, с немцами, с финнами, со швейцарцами, с бельгийцами. Все эти страны оказались готовы свои излишки поголовья в зоопарках (потому что такие излишки есть почти в любом зоопарке, где животные активно размножаются) отдавать нам именно в виде подарков. Это было крайне важно — ведь в средствах мы, так или иначе, были ограниченны. Но подарок — это подарок. Поэтому самые первые группы мы формировали в первую очередь, по принципу строгого выдерживания ветеринарных требований — а поголовье — что дадут. Из-за этого в части случаев был перебор молодых самцов. Потому что известно, что если в небольшой группе на ограниченной территории животные размножаются — то очень часто и рождается больше бычков, чем самок — таков естественный механизм саморегулирования роста группировки. И именно с этими бычками наши зоопарковские коллеги были готовы расстаться в первую очередь.

Сколько завозов состоялось за время работы программы?

В общей сложности, мы сделали 6 завозов. Это:

  • Июль 1999 — 11 зубров — Голландия (Natuurpark Lelystad),
  • Декабрь 1999 — 10 зубров: Zoo Dortmund, Германия — 3, Tierpark Chemnitz, Германия— 5, Helsinki Zoo, Финляндия— 2.
  • Март 2000 — 8 зубров — Helsinki Zoo, Финляндия— 1 взрослый бык, Wildpark Langenberg, Швейцария — 2 быка, Tierpark Dahlholzly, Швейцария — 5 зубров.
  • Апрель 2000 — 8 зубров —  Natuurpark Lelystad, Netherlands, Stadt Winterthur, Швейцария -3, Tierpark Han-Sur-Lesse, Belgium — 1.
  • Ноябрь 2000 — 11 зубров — Германия—(Springe, Homberg).
  • Ноябрь 2002 — 8 зубров — Швейцария (5 -Bern, 3 — Winterthur).

Надо сказать, что хотя методика перевозки зубров на тот момент уже существовала и была отработана в предыдущие десятилетия — тогда зубров вывозили на Кавказ, в Белорусь и в Украину, которые были республиками СССР, все равно нам пришлось нарабатывать собственный опыт. Первые 2 попытки завоза у нас сорвались. В первый раз из-за несоблюдения российских ветеринарных норм европейскими коллегами. Потом из-за разницы в менталитете наших специалистов и европейцев — наши послали в Голландию машину с клетками — отработанная методология, позволяющая практически полностью избегать травматизма животных. А в Германии отказались перевозить животных в клетках из соображений гуманности, и отправили машину обратно. Это было очень досадно — и время и немалые деньги потрачены были впустую.

В июле 1999 года состоялся первый успешный завоз 11 первенцев — зубров из Голландии. Состоялся тоже не без проблем. Во-первых, сложности были с ветеринаркой. Мы выставляли нашим западным дарителям достаточно строгие требования, и они не готовы были со всеми ими согласиться. Причем в самой Европе правила внутренних перевозок были более чем строгими, но они почему-то считали, что в случае с вывозом в Россию все обойдется. Так что самым трудным было добиться того, чтобы с их стороны были тщательно выполнены все ветеринарные требования. С другой стороны, надо было и от наших ветеринаров добиться полной готовности принять животных по всем правилам и без бюрократических затягиваний. Мы работали с двух сторон, и это была та еще морока.

Новые проблемы возникли на таможне. Ведь это был подарок, а таможня требовала растаможивать. Так что в первый год нам пришлось растаможивать живых зубров как мороженую говядину на вес! По сравнению с коммерческой стоимостью живых зубров это, конечно, были копейки. Но их пришлось платить все равно. А в последующие годы мы уже знали, что за полгода до перевозки нужно оформить специальные документы, что это дар, который не подлежит обложению таможенной пошлиной. И для каждого завоза всю бюрократическую процедуру надо было проходить полностью, «с нуля».

Итак, первые 11 зубров благополучно добрались до Подмосковья?

Все эти 11 зверей-первенцев доехали благополучно. Их сначала отвезли не в ПТЗ, а в Окский заповедник. Принцип работы с привозимыми животными состоит в том, что сразу после приезда их помещают в карантинный вольер, где зубры проходят необходимый ветеринарный осмотр, им проводят дополнительную дегельминтизацию, вакцинации и так далее — на это есть специальный протокол. После достаточно длительного карантинного периода специалисты решают, куда именно выпускать новых животных — пополнят ли они генофонд самого питомника, или их ждет новый переезд в другой питомник, или на территорию создания вольной группировки в составе сформированной группы для выпуска после дополнительной передержки.

Насколько мне известно, по историям транспортировки зубров из Европы в Россию можно просто снимать кино!

О, это точно! Надо сказать, что за все это время, пока у нас шли завозы зубров, мы пережили немало приключений самого разного свойства. Была, например, такая история.

Мы все прекрасно понимаем, как важен каждый этап в транспортировке зубров. И сам путь откуда-нибудь из Голландии в Подмосковье — это долго и совсем непросто. Очень многое зависит от человека, который сидит за рулем фуры, везущей драгоценный живой груз. За зубрами надо следить, надо им помогать перенести дорогу, надо отслеживать их состояние, ухаживать за ними. То есть, водитель фуры должен для этого элементарно любить животных и понимать, что, как и с какой частотой на маршруте необходимо делать. И вот у нас нашелся такой самородок — харизматичный дальнобойщик из Голландии по имени Бен Бюзе. Он и раньше занимался перевозкой животных, но именно наши зубры стали для него просто судьбоносными. Взявшись на такую перевозку однажды, он стал нашим настоящим полноправным партнером. И не только партнером!

Моя дипломница, потом аспирантка Ольга Гаврина с кафедры зоологии позвоночных биофака МГУ, пришла к нам в WWF в качестве моей помощницы-администратора. Она полностью технически отвечала за все нюансы транспортировки. Отслеживала все, созванивалась, ездила на границу встречать транспорт и сопровождать его по России. И у них с Беном Бюзе завязался такой вот служебно-зубровый роман! Спустя какое-то время они поженились, и Ольга уехала к Бену в Голландию. А я осталась без ценного сотрудника!

Правда, этому хэппи-энду предшествовали и драматичные события одной из транспортировок, которую мы все запомнили навсегда. Началось все с того, что наши партнеры из Германии решили, что держать зубров в пред-транспортировочной маленькой вольере — так как мы им предписывали — негуманно.  И держали их в большой вольере. И вот настал момент, когда зубров надо загружать — а им, естественно неохота идти в какой-то узкий коридор и так далее. Загонять животных силой сотрудники также не считали возможным. В соответствии с их представлениями оптимальным методом была загрузка обездвиженных животных.  Обездвижили, загрузили. А надо сказать, что в этой группе был один очень крупный взрослый бык. Он нам был очень нужен как производитель. И был молодняк вплоть до однолеток — всего 12 зубров, считая этого гиганта. В кузове фуры немцы не посчитали нужным как-то разделить зверей — и тоже, как вы понимаете, из соображений гуманности — пусть животные двигаются свободно.  Итак — загрузили спящих, кольнули антидот. И вот уже в дороге первым проснулся старший бык — весом не менее чем в полторы тонны. Проснувшись, он, естественно, почувствовал себя весьма неуютно. Притом, когда его тушу втаскивали в кузов, его еще и слегка помяли, так что он был весьма зол — что, в самом деле, за экзекуция?!…. Бока болят, тесно, темно, а вокруг еще и какая-то зубриная малышня лежит! Ну и зверь потоптался на славу. Что при этом испытывал водитель машины, у которого в кузове внезапно активно задвигалась полуторатонная туша, можно себе представить. Совсем беда оказалась, когда выяснилось, что одного из молодых зубров этот великан затоптал насмерть. Вот вам и гуманизм!

Дальше пошли ягодки. Фура переправляется на пароме через Балтику в Финляндию. Проходит промежуточный таможенный досмотр. И что видят таможенники? Вместо 12 зубров, указанных в документах — 11 живых и павший бедолага. Вот тут и пришлось приложить все силы нашей дипломатии. Телефон просто раскалился — все звонили всем. Очень помогли и WWF Финляндии и Хельсинкский зоопарк. Потому что павшего зубра надо было выгрузить, поправить все документы… Немало седых волос появилось у каждого из нас, кто в этом участвовал. А моя ассистентка Оля просто круглые сутки не расставалась на горячей линии с Беном Бюзе. И вот теперь вы понимаете, чем это в конце концов кончилось! А мы теперь как этакий «черный» анекдот вспоминаем тот немецкий «гуманизм».

Связан ли успех реинтродукции с завозами зубров из Европы?

Это серьезный успех, конечно. После привоза животных из Европы очень активизировалось размножение в питомниках, и поднялся уровень выживаемости молодняка. Очень важно, что со временем специалисты питомников стали перед выпуском специально формировать группы зубров на основании не только генетического статуса, но и поведения животных, знания особенностей их статуса в стаде, пола, возраста. Очень важно, чтобы в такой группе присутствовала взрослая самка, которая начинает эту группу водить, осваивать новую территорию. В этом отношении Центральный зубровый питомник ПТЗ был и остается на большой высоте. Ну и конечно, все территории, которые готовились принимать зубров, с исключительной ответственностью к этому относились всегда. Там всегда готовятся к передержке, ветеринарному контролю состояния животных, подкормке, и так далее. Надо отметить и внимание к этому местных властей, губернаторов. Очень тщательно организовывалась охрана, наблюдения за перемещениями животных, специально создавались новые ООПТ для «коридоров» движения стад, и так далее. За счет всего этого уже на свободе животные чувствовали себя хорошо. И как говорит мой личный опыт по исследованию разных видов копытных, в таких условиях перестает работать эффект «бутылочного горлышка». Размножение в природе очень сильно активизируется, запускается правильный генетический отбор.

Сейчас прошедшая стадия себя исчерпала и свежая кровь нужна опять. Мы привозили партию в прошлом году в Окский заповедник и сейчас снова затеваем завоз из Европы.

Каковы задачи, которые стоят перед зубровым сообществом сегодня?

Сейчас создана новая стратегия Сохранения зубра в России. Первая стратегия, которую мы создали в начале 2000-ных, частично выполнена, частично ее нужно обновлять. Специалистами сейчас все подготовлено, другой разговор — все время меняются требования и приходится менять формат, в связи с этим она до сих пор не утверждена министерством.  Подготовлены план действий и «дорожная карта».

Стратегия ставит такие приоритетные задачи:

  • Сохранить основные существующие в России вольно живущие стада и создать не менее 2—х вольно живущих популяций зубра, численностью около 1000 особей каждая, имеющих естественную популяционную структуру, способных в течение длительного времени сохранять генетическое разнообразие и поддерживать жизнеспособность и экологическую пластичность вида;
  • Обеспечить научно—обоснованное разведение зубра в неволе (ex-situ) (на основе мирового генофонда, что позволит сократить потери генетического разнообразия) и получить поголовье животных, необходимое для реинтродукции в природу (создания новых вольно живущих популяций);
  • Обобщить имеющиеся данные по биологии зубра и в кратчайшие сроки осуществить необходимые дополнительные исследования, что обеспечит научную основу для осуществления первых двух задач, позволит рационально использовать выделяемые средства, осуществлять мониторинг состояния стад зубров и разработать эффективную стратегию дальнейших действий.

Нужно продолжать усиленно разводить животных в питомниках. Это важно для поддержания страхового фонда зубра в неволе, как части мировой мегапопуляции, что необходимо не только как средство сохранения генофонда, но и как источник для создания и пополнения вольных популяций. Для того, чтобы поддерживать генетическое разнообразие, нужны новые завозы животных. И мы уже начали это делать — последний по времени завоз состоялся в 2018 году. У нас созданы хорошие очаги формирования вольной популяции. Дальше они развиваются, начинают взаимодействовать друг с другом, обмениваться особями, что будет способствовать созданию единой устойчивой популяции, способной существовать независимо от человека. Но на отдельные участки будет сохраняться необходимость новых завозов именно с целью правильного формирования генофонда и ускорения объединения созданных очагов в единую популяцию. В стратегии и дорожной карте все эти территории выбраны, и их будут насыщать дополнительным поголовьем. Причем часть этого поголовья может идти не из питомников, а из уже сложившихся группировок, в частности — из Орловского Полесья.

Планируется ли осваивать новые территории для реинтродукции?

Да. Безусловно. Стратегически важно осваивать и новые территории Средней России — и более южные (например, Смоленскую область) и северные (Вологодская область). Кроме того, если в начале нашей деятельности мы работали только с Центральной Россией, то теперь обстановка позволяет возобновить работы по восстановлению зубров на Кавказе — и WWF считает это приоритетной задачей. Резерв таких территорий есть, ИПЭЭ РАН провел анализ оптимальных потенциальных местообитаний для зубра и рекомендуемых конкретных регионов для завоза и формирования новых очагов для того, чтобы существовали не просто группировки, которые живут при поддержке человека, а самостоятельно развивающиеся нормальные  дикие популяции, которые, по нормам МСОП, требуют определенной численности размножающейся доли популяции. Вот для того, чтобы этого достичь, нам надо пока продолжать вывозить зубров из питомников. Спрос на поголовье пока выше, чем питомники могут предоставить. Поэтому создана группа специалистов по зубрам при министерстве, которая решает, в частности, с подачи питомников ПТЗ и Окского заповедников, сколько они могут вывезти, и куда мы везем животных. Это важно для того, чтобы это было строго по плану и по системе, а не просто навстречу чьим-то пожеланиям.

Кроме того, сейчас существует реальная возможность воссоздания исторической популяции зубра на Кавказе. Возить туда можно и из Европы, через наши питомники, где животные проходят карантин, и из самих питомников. И сейчас стоит вопрос создания нового питомника там. Этот вопрос встречает поддержку и в региональных администрациях, и на ООПТ.

Как вы оцениваете работу Центрального зубрового питомника сейчас?

Я хорошо помню те времена, когда мы только начинали совместную работу. Конечно, сейчас хозяйство ЦЗП не сравнить с тем, что было в конце 90-х — начале 2000-х. Мы много технически помогали питомнику ПТЗ, закупали дополнительные корма и потихоньку, по одному помогали переоборудовать вольеры, обновить изгороди. Потом уже начали деньги выделять и в министерстве, и привлекались дополнительные средства внутри России. Приокско-Террасный заповедник вместе с нами запустил программу «Усынови зубра», впоследствии программа полностью была передана питомнику — и она очень помогала и ему помогает. Питомник работает с ведущими мировыми специалистами по зубру — вот относительно недавно его посещала знаменитая профессор Ванда Олех-Пясецка — Председатель Европейской группы специалистов по Зубрам IUCN, президент Европейского общества любителей зубров. Сейчас питомник — еще и очень популярный туристический объект, и его роль в экологическом просвещении очень большая. Ведь как здорово, что в Подмосковье можно приехать и полюбоваться на пасущихся гигантов, послушать интересный рассказ! И надо сказать, что сотрудники питомника — зуброводы проявляют настоящую любовь к своим подопечным. Зубр стал таким узнаваемым «брендом» Подмосковья, его знают, им гордятся. И это очень радует.

Большое спасибо!
Беседовала Е.Головина

 

Яндекс.Метрика